Первый мир · Глава 13

Крепость Натлы. Часть 5

Огромный бандит улыбался от уха до уха и, как только заметил приближающегося мальчика, попытался на радостях схватить его в охапку, но был остановлен раздраженным взглядом.

Мужчина кашлянул в кулак и воскликнул:

— У вас действительно получилось, господин... ээ... Джон! Не могу поверить! Еще пару дней назад я сидел под горой, доедая, так сказать, свою матушку, а теперь вот она, Натла моя ненаглядная! Под моими, стало быть, сапогами! — Главарь безудержно рассмеялся, после чего вновь посмотрел на мальчика и даже добавил в голос обходительности, отчего рядом стоящего Торка слегка передернуло. — Как прошли бои, господин? Вы не ранены? Надеюсь, эти помойные дюмийцы не доставили вам проблем?

Икари проигнорировал вопросы.

— Зачищайте крепость, босс Авай. Как только закончите, спустите флаги. Ворота не закрывать, прошерстите крепость на предмет спрятавшихся, проведите ревизию оружия и припасов, караульных по всему периметру, подземный ход тоже возьмите под пристальный контроль. Парочку выживших оставьте для допроса и ожидайте моего прибытия. Все понятно?

— Как ясный день, господин. — Счастливый Авай полностью проигнорировал то, что какой-то малолетний пацан, словно заправской генерал, раздает ему команды.

— И кто-нибудь перевяжите Торка, а то он, похоже, сейчас помрет.

Бывший командир отряда проковылял к нотриарху.

— Господин... можно мне наконец... пилюлю от яда?

Мальчик окинул его взглядом и с трудом усмехнулся.

— Извини, Торк, у меня нет с собой теста. И та пилюля, что я тебе скормил была просто комком... ээ... кхм... грязи. Ты не отравлен. Можешь не переживать.

Не став дожидаться реакции, Икари развернулся и отправился в сторону замковых ворот. У него осталось еще одно незавершенное дело.

Авай смущенно подошёл к раненому и легонько похлопал его по плечу.

— Да ладно тебе, старина, не думай об этом много. Это ж нотриархи, с ними всегда так.

Торк выпучил глаза.

— Он – нотриарх?!

Авай выпучил глаза.

— Ты не знал?!

Бывший командир отряда упал в обморок, на что Авай неловко погладил бороду и, прочистив горло, позвал помощников, чтобы они наконец перевязали несчастного.

Историю про ядовитую пилюлю из грязи пакельцы пересказывали друг другу весь вечер, с каждым разом добавляя подробностей. Через неделю её знал весь Пронсо. Смеялись все. Ну, или почти все.

***

Пронсо. Поместье мэра.

Быстро темнело. Последние закатные лучи пробивали панорамные окна поместья мэра, отчего в коридорах стояла довольно жуткая атмосфера. Казалось, стены были залиты кровью.

Рондо нервно ходил из стороны в сторону. Его руки тряслись, а волосы были мокрыми от пота. Еще недавно он слышал крики своей дочери, но сейчас в поместье стояла зловещая тишина.

Бракосочетание закончилось час назад. Девушка разрыдалась на церемонии, чем явно испортила настроение главе крепости. У Рондо разрывалось сердце, но он знаками показывал дочери произнести слова клятвы. И как только угрюмые слова слетели с губ девушки, Кассей тут же подхватил её на руки и понес в поместье, игнорируя крики. На все увещевания мэра и попытки остановить он лишь со злобой заявлял, что теперь является законным мужем Тины и есть лишь его власть над ней. Он явно торопился “закрепить союз”. Девушка сопротивлялась, но что она могла сделать против пользователя рё?

Кассей уволок Тину в её комнату и закрыл дверь на замок. Какое-то время изнутри раздавались крики и звуки падающих предметов. Но в определенный момент всё затихло.

Снаружи беспокойный отец до крови грыз свои пальцы. Он бы уже давно бросил клич страже, но чтобы справиться с мастером боя, нужна хотя бы сотня одоспешенных солдат и чистое поле. В узком месте вроде особняка, мастер просто выпрыгнет в ближайшее окно и будет таков. А следующим днем вы случайно обнаруживаете собственный труп в собственной кровати. Так уж был устроен этот мир.

“Где этот проклятый нотриарх, когда он так нужен?! Где его носит?! Девочка моя, потерпи, потерпи еще чуть-чуть. Скоро всё это закончится!”

С каждой минутой мэр нервничал все больше и больше. Его одолевало дурное предчувствие такой силы, что ему казалось, что он сходит с ума.

Наконец в коридоре послышались тихие шаги, Рондо резко развернулся на пятках. Из красного полумрака выплыла невысокая фигура в серых окровавленных одеждах.

— Хвала Единобогу, вы наконец пришли! — из-за близящегося нервного срыва мэр не заметил, как мальчик поморщился на эти слова. — Прошу! Вызволите мою доченьку из лап этого ублюдка! Вы обещали! Вы обещали!

Рондо кричал. У него начиналась натуральная истерика.

Мальчик подавил вспышку раздражения и холодно кивнул.

— За этим я и здесь. У вас есть ключ от комнаты?

Всё еще подрагивающими руками мэр отдал ключ, который периодически стискивал в кармане последний час. За это время он десятки раз прокручивал в голове картину, как врывается в комнату под любым предлогом и вызволяет свою дочь. Но каждый раз его останавливала собственная трусость. Рондо чувствовал свою ничтожность кончиками пальцев, но ничего не мог с собой поделать. Его воображение ярко рисовало, как его жена презрительно смотрит ему в глаза и кривит губы. Ровно как в тот раз. И тогда его позвоночник непроизвольно сгибался. Он бы зарыдал, если бы в тот момент вспомнил о таком явлении, как слезы.

Тем временем Икари, не особо уделяя внимание состоянию мэра, прошел в конец коридора. Мальчик неслышно вставил ключ в замок, который был заперт на все три оборота, повернул его, после чего медленно приоткрыл дверь, осторожно заглядывая внутрь краем глаза.

В полутемной комнате кроме беспорядка было сложно что-либо разглядеть. Седьмой медленно выдохнул воздух из легких, подобрался и вошел в комнату.

Разбросанные предметы утвари и одежды лежали тут и там. Казалось в комнате прошелся небольшой ураган. Последние закатные лучи проникали сквозь полузадернутые шторы, давая немного света.

В центре комнаты огромное тело Кассея держало в руках что-то маленькое и хрупкое. Глава крепости медленно повернул голову на внезапный звук. Его лицо было бледным и осунувшимся. Казалось, он постарел на десяток лет.

— Лакей… — разлепив сухие губы глухим голосом произнес мужчина. — Что ты?.. А, неважно… Уже ничего не важно…

Икари бросил мимолетный взгляд на девушку. На порванном платье где-то на уровне груди и ниже у нее растеклось темно-бордовое пятно. Судя по количеству крови, дочь мэра уже давно была мертва. В её растрёпанных волосах запутался розовый лепесток. Совсем недавно эта девушка бросила ему из окна два пирожка.

— Что здесь произошло? — спросил мальчик.

В другой ситуации холодный детский голос заставил бы Кассея что-то заподозрить, но сейчас он ухватился за возможность объясниться, как будто перед ним стоял не лакей, а священник. В иной день мужчина бы не понял самого себя, но сейчас он спешно затараторил, путаясь в словах:

— Я не знаю где она взяла нож! Она… Она угрожала мне! Я просто хотел отобрать его, но она держала его за спиной, а потом… я не понял что произошло, но… Тина… Тиночка… почему же ты…

Кассей начал гладить рукой по холодному лбу. Безучастные глаза смотрели в потолок и это разрывало сердце мужчины. Он был зол её поведением, но точно не хотел её убивать. В состоянии аффекта он даже не понял в какой именно момент нож распорол её юношеский живот.

— Ясно. — только и ответил Икари. Он не чувствовал вины, но у него было стойкое ощущение, что должен был бы её чувствовать. В конце концов, именно его план привел к смерти девушки. После непродолжительного самокопания, так и не добившись от себя какой-либо эмоции, он решил просто обозначить вслух собственную ответственность. — Это я убил её.

Мужчина повернул голову. Его глаза выражали непонимание.

“Почему он сказал это?”: осмысленность потихоньку возвращалась в глаза Кассея. Может он наконец заметил неестественность ситуации, а может пытался ухватиться за призрачную возможность скинуть ответственность на другого. В любом случае мужчина положил тело своей жены на пол, отчего голова девушки упала набок, и поднялся. Он выглядел угрожающе.

— Что ты сказал? Кто ты такой?

Икари медленно вынул короткий меч, внимательно изучая лицо Кассея. Его лицо тронула ледяная улыбка, он нашел нечто забавное в этой сцене.

— Я тот, кто устроил всё это. Я тот, кто стоял за вчерашним похищением этой девушки, кто подговорил мэра устроить фальшивую свадьбу, чтобы выманить тебя и ауровидца из крепости. Тот, кто убил мастеров из Дюма, и тот кто в конце концов захватил саму Натлу некоторое время назад и отдал её в руки пакельцам. И да… как видишь… я тот, кто убил твою любимую твоими же руками… Но что же ты мне сделаешь, бывший глава крепости? — последние слова Икари намеренно чеканил, чтобы они прозвучали как можно более ясно.

Сердце Кассея упало. Даже такому как он не составило никакого труда сложить два и два. Перед ним стоял новоиспеченный нотриарх империи. Ребенок, которому за пару дней удалось то, что не удалось предыдущему агенту и за месяц. За этот короткий промежуток времени Кассей превратился из почти барона, главы целой пограничной крепости и огромной банды головорезов в без пяти минут труп.

Такая головокружительная карьера плохо укладывалась в его голове, но что Кассей уловил наверняка, так это то, что проклятый пацан уже убил Элтуну и Торика. А ведь каждый из них был на голову сильнее его. Особенно Элтуна, который был в шаге от статуса высокого мастера.

Повисло продолжительное молчание. Они оба знали, что Кассей обречен. Икари по лицу видел, что мужчина догадался кто он такой. В связи с этим мальчику было любопытно, как тот поведет себя в ответ на провокацию. Бросится в самоубийственную атаку? Попробует бежать? Будет хитрить?

Двое стояли и молча смотрели друг на друга. Пока один из них наконец не открыл свой рот.

— Ну что вы такое говорите, господин нотриарх! Как я могу винить вас в смерти Тины? Это несчастный случай! Всё же ясно, как день. Что до крепости, то я уже давно хотел отдать её кому-нибудь. Эти чертовы дюмийцы у меня поперек горла! Вот только этим утром…

Излияния мужчина остановил оглушительный детский хохот. Мальчик согнулся пополам в бесконтрольном приступе смеха. В какой-то момент он даже начал задыхаться в агонии.

Пытаясь воспользоваться моментом, Кассей тут же напал всем весом нанося сокрушительный удар сверху вниз. Он влил всё доступное рё в свои руки, пытаясь раздавить наглеца. Стереть в пыль вместе со всем особняком. Попади такой удар по цели, не то что седьмому, и первому нотриарху несдобровать.

Однако удар так и не достиг цели. Руки отделились от предплечий и из разрезанного горла брызнул кровавый фонтан. Вспышка неконтролируемого рё взорвала ладони, и куски плоти разлетелись по комнате. Тело мужчины откинуло назад, отчего оно упало рядом с трупом девушки. Половина шеи не могла удерживать голову ровно и та завалилась на левый бок. Мёртвые глаза встретились друг с другом, пока под ними медленно образовывалось кровавое ложе.

Завороженный этой абсурдной сценой мальчик стоял и смотрел перед собой, пока последние лучи солнца скользили по потолку. Вскоре комната погрузилась в непроглядный мрак и картина исчезла.

…

Икари Атер вышел из спальни. Столкновение с мэром вытащило его из задумчивости. Мужчина был бледен, как полотно. Всё это время он простоял за дверью и слышал каждое слово. И смех тоже. Он уже явно был сломлен, но все же разомкнул слипшиеся губы. Тонкие скулы ходили ходуном.

— Тина… Что… Что с моей девочкой?

Темный взгляд Икари вперился в подёргивающиеся глаза Рондо.

— Ваша дочь мертва, господин мэр. Я опоздал.

Мужчина упал на колени и уставился в пространство. Из уголка его рта потекла ниточка слюны. Молча обойдя его, Икари стал было удаляться, но сзади его схватили за одежду и дернули.

— Это всё ты! Это из-за тебя! Будь ты проклят! — Рондо в остервенении начал дергать мальчика за одежду, отчего та начала трещать по швам. — Если бы не ты…

Рондо сделал движение будто хотел схватить нотриарха за шею, но в его солнечное сплетение влетел удар, напитанный рё. Мужчина отлетел. Он попытался резко вдохнуть, но вместо этого его вырвало кровью. Жидкость застряла где-то в горле и в носу, не давая дышать.

Икари постоял некоторое время, наблюдая за конвульсиями. После чего развернулся и зашагал дальше.

Глядя в спину удаляющегося ребенка, мэр стиснул шерсть ковра. В его голове стучало лишь:

“Я убью тебя! Будь ты проклят! Будь ты проклят, ублюдок! Будь ты…”

***

Икари спустился на первый этаж, прошелся по вестибюлю и вошёл в дверь кухни в дальнем конце коридора. Двое стражников стояли по бокам от привязанного к стулу старика. Еще недавно господин Сео радостно набивал себе брюхо за свадебным фуршетом, найдя что-то позитивное в своей ситуации, но спустя буквально пару минут его внезапно схватили за подмышки и насильно унесли. Старик ругался и угрожал в полголоса, но его никто не слушал. В конце концов он сдался и просто стал ждать, когда за ним явится Кассей.

В момент, когда дверь открылась, ауровидец в надежде поднял голову, но вместо ожидаемого усатого головореза с залысинами в дверях стоял чернобровый мальчик с немного растрепанными волосами того же угольного цвета. Раздосадованный господин Сео принял вошедшего за слугу и поник на своем стуле обратно. В отличие от стражников, он не придал никакого значения окровавленным одеждам.

— Кто такой? — грубо с опаской спросил один из стражников, хватаясь за эфес меча.

Не желая терять время, Икари просто показал свой жетон нотриарха. Стражники по очереди шумно сглотнули.

— Меньше слов. Вырубите его. — мальчик кивнул на старика, отчего тот в недоумении снова поднял голову, но от быстрого удара по затылку та опять завалилась обратно. — Один из вас возьмет ауровидца на плечо и пойдет за мной. Второй… пусть поднимется в дальнюю спальню на втором этаже. Кто-то должен там прибраться.

Мужчины переглянулись. На их лбах быстро выступила испарина. Они не решились задавать вопросы, поэтому одними кивками распределили роли между собой.

Из ночного города Пронсо, что расположен на северной границе империи Маун, вышли трое. Разве что только двое из них шли своими ногами.

***

Крепость Натлы светилась. На каждой стене горело по несколько костров, но самым большим являлся костер в центре второго двора, где полыхала куча тел бывших защитников замка. Два трупа в позолоченных доспехах венчали эту груду, как пара вишенок на торте.

Запах горящего мяса разносился ветром далеко за пределы стен замка. Вонь стояла невыносимая, но это, казалось, совершенно не мешало веселью пакельцев и их главаря. Даже упущенная возможность своими руками удавить Кассея не омрачала настроение Авая.

Икари в сопровождении напуганного стражника по подсказкам разбойников добрался до главной залы. Там уже во всю накрывался пир из запасов бывших владельцев замка, звучали радостные голоса и даже перевязанный Торк весело улыбался в компании Авая, Перга и Мамона. Хотя, чему конкретно радовался он, для Икари оставалось загадкой.

— Господин Джон! — радостно воскликнул Авай. — Стол уже почти накрыт, присоединяйтесь к нам, этот праздник в вашу честь! Не хватит никаких слов, чтобы описать, как я вам благодарен. Я ведь правильно понимаю, что сучий выродок уже мертв?

— Мертв. — безразлично ответил мальчик.

— Жаль я не плюнул в его рожу перед смертью, но главное, что предатель наконец подох.

Икари отметил слово "предатель", но ему совершенно не хотелось копаться в предыстории двух головорезов, поэтому он промолчал.

По договоренности крепость переходила в руки Аваю, но формально она всё еще принадлежит императору. Одно его слово и пакельцев вышвырнут вон или перебьют, поэтому Авай собирался быть настолько обходительным с юным нотриархом, насколько хватало его небогатой фантазии.

— Господин Джон, вы просто небесный гений! Разобраться с тремя мастерами подряд, да еще присвоить ауровидца! — Главарь весело кивнул в сторону старика со знаком на лбу. — Предыдущий нотриарх вам и в подметки не годится, а ведь вам… кхм… В общем, захватить крепость с нехилым гарнизоном за какой-то час – это невероятное достижение! Император точно будет вами доволен. Примите мое искреннее восхищение!

Подобная раболепная речь из уст рыжего бандита выглядела нелепо. Икари не был ни в малейшей степени заинтересован в комплиментах головореза, поэтому лишь сухо спросил:

— Пленные?

— Мы захватили дюжину мерзавцев: от слуг до десятников, так что недостатка в пленных у вас нет, господин...

В залу вбежал один из бандитов.

— Босс Авай!..

Заметив мальчика, он резко замолчал, подбежал к главе и начал что-то шептать ему на ухо. После первых слов всякое веселье слетело с щербатого лица новоиспеченного главы крепости. Икари прищурился.

— Господин Джон, там… мм... кажется прибыл ваш старший.

Икари обернулся на входную арку, как раз в тот момент, когда в неё неторопливо вошел Каран Мортан собственной персоной.

Голоса в зале стихли. Все с опаской смотрели на вошедшего и его одежды. Их внутренний трепет и страх был понятен: перед ними – первый воин империи, правая рука императора и единственный в государстве великий мастер. Стоит ему только захотеть, все пакельцы будут перебиты в течении минуты, от силы двух. Старик спокойным шагом приближался к компании, сухо улыбаясь головорезам кончиками губ.

От этого зрелища Торк побледнел. Его челюсть начала слегка подрагивать. Он еще не до конца принял тот факт, что провел последние дни в компании настоящего нотриарха. Картина перед ним была сродни оплеухе: он осознал в какую авантюру на самом деле вляпался.

Бандиты попадали на колени и со страхом начали лепетать:

— Господин первый нотриарх...

— Господин Каран...

— Господин нотриарх...

Единственный старик среди нотриархов, сложно было не догадаться кто перед ними.

Икари положил ладонь на правый кулак и ровным голосом поприветствовал учителя:

— Мастер.

Каран кивнул ему и, слегка повернув голову, приказал остальным:

— Оставьте меня с моим учеником наедине.

Разбойники повскакивали со своих мест и стрелой бросились к выходу. Очнувшийся какое-то время назад ауровидец попытался было незаметно ретироваться вместе с толпой, но мальчик перехватил его и обратным броском уложил на пол. Тихая злоба всё также тлела в его душе.

Как только главный зал опустел, Каран подошёл к дюмийцу, поглаживая бороду.

— Ну надо же, даже ауровидца захватил. — Первый нотриарх улыбнулся одними губами, прежде чем обратиться к лежащему на полу старику. — Как тебя зовут?

— Сео, господин. — едва различимым шёпотом произнес господин Сео.

— Сео, теперь ты слуга империи Маун, прими это как данность и продолжишь жить, ни в чем не нуждаясь. А теперь налей-ка мне вина, что-то в горле пересохло. Ну и ученику моему плесни чего-нибудь.

Ауровидец покорно поднялся и заковылял в указанную сторону. В течении всей своей жизни он получал уважение и почет от окружающих за одни лишь редкие способности, и поэтому не был верен кому-либо по-настоящему. Для него сменить сторону было равносильно смене обуви. Полезный человек полезен везде. Он безропотно принял свое новое положение. Ну, также ему, конечно же, хотелось жить.

Первый нотриарх повернулся к своему ученику и смерил его холодным оценивающим взглядом, после чего голосом не терпящим возражений вполголоса прошипел:

— Дуралей! Твой план был шит белыми нитками! Тебе несказанно повезло, осознаешь ли ты это?

Икари неверяще распахнул глаза, обида накрыла его с головой, но холодный металл быстро заполнил сознание, и эмоции растворились.

Мальчик спросил ровным голосом:

— Вы следили за мной, мастер?

— Ну конечно я следил за тобой, глупый ученик, или ты думаешь император просто выкинет на ветер свое долгосрочное вложение?

Старик взял два стула неподалеку и поставил их друг против друга. Он уселся, кивком головы указав напротив себя. Икари сел.

Ауровидец подошёл к нотриархам и протянул бокалы. Каран вдохнул запах и с нотками брезгливости произнес "паршивое дюмийское", но всё же сделал небольшой глоток.

Мальчик повторил его движение. Кажется, это был яблочный сок с добавлением имбиря. Чего-то такого не ожидаешь найти в крепости, где хозяйничают разбойники.

Сео отошел на несколько шагов в сторону и встал по стойке смирно, словно с детства был обучен дворцовому этикету, что, разумеется, не соответствовало действительности. Он был обычным простолюдином с необычными способностями.

— Мастер. — первым начал Икари. — Вы остались недовольны моим планом?

Каран поморщился, но все же принял наставнический вид.

— Разумеется. Когда составляешь такие сложные планы с целым списком событий, которые должны произойти "так, как нужно", готовься к провалу. Как я и сказал, тебе несказанно повезло, что у тебя все получилось. Ведь единственный положительный момент твоего плана – его последовательность. Но да ладно. Прежде чем мы обсудим детали, расскажи, как ты всё задумывал изначально, и что получилось по итогу.

Мальчик подчинился и рассказал все детали своей задумки. Затем он пробежался по всем основным событиям, начиная с пленения Торка, заканчивая смертью Кассея.

К тому моменту Каран уже осушил свой бокал, и старик Сео услужливо протягивал ему новый. Ауровидец, слушая рассказ мальчика, внутренне сжимался от страха. Он другим взглядом посмотрел на юного нотриарха, решив про себя верно служить новому сюзерену. Просто на всякий случай.

Икари закончил свой рассказ, но первый нотриарх еще с полминуты в раздумьях вращал бокал в руках. Наконец, он произнес:

— Ладно, в целом задумка была неплоха. Но вот тебе несколько моментов, где всё могло пойти наперекосяк. Начнем с того, что Авай мог согласиться на словах, но сделать ноги при первом же удобном случае, как, впрочем, и мэр. Кассей мог настоять или просто силой забрать дочь мэра в крепость. Также вместо ауровидца, он мог просто взять свою ватагу. Честно говоря, я не представляю, как Элтуна вообще не заметил произошедшего.

Каран скосил взгляд на Сео. Тот быстро понял, что от него хотят, и с поклоном скороговоркой выложил:

— Не думаю, что этот ничтожный бандит договаривался с мастером Элтуной. Я уверен, что он лгал мне, ведь мастера Торика на свадьбе не было. По факту он с силой уволок меня из замка.

Нотриарх удовлетворительно кивнул.

— Видишь, ученик. Если бы Кассей не был настолько увлечен этой девицей, и немножко подумал головой, весь твой план лопнул бы как мыльный пузырь. — Каран отхлебнул вина. — Твой Торк тоже мог не удержать воротную башню, будь лишь солдат побольше в первом дворе в тот момент. И так далее, и тому подобное. Все легко могло кончиться тем, что ты остался бы против двух мастеров или мастера и толпы. Да даже просто против толпы головорезов посреди их крепости. Все эти варианты означали бы твою скорую смерть. Но похоже судьба благоволит тебе. По крайней мере, пока.

Икари долго молчал, после чего согласно кивнул. На самом деле он и сам понимал насколько его план был ненадежен, но ничего другого в тот момент ему в голову не пришло.

— Мастер, как стоило поступить?

— Я же намекнул тебе про башню. А взять языка ты должен был и сам догадаться. Более того, он у тебя уже был, как только ты вышел из кареты! Всё что тебе оставалось: узнать у этого твоего Торка примерное расположение ауровидца. Если бы ты понаблюдал за крепостью хотя бы в течении пары дней, то заметил бы, что в башне на втором этаже обычно горят свечи. Однако каждый день ранним утром, они начинают гаснуть, что, скорее всего, означает, что ауровидец спит. Следующим вечером они загораются вновь. Следовательно, ты мог просто незаметно проникнуть в крепость в нужное время. А дальше было бы несложно. Ауровидец – это полезный инструмент, но обоюдоострый, не стоит излишне полагаться на него. Понял меня? Сделал бы так, и не надо было бы выдумывать столь сложный план.

Ауровидец отчаянно притворялся ветошью. Подобный разговор в его присутствии не мог не заставить его понервничать. Боковым зрением Икари заметил реакцию лысого старика, которая косвенно подтверждала правоту мастера. Мальчик вздохнул.

— В следующий раз, я справлюсь лучше, мастер.

Каран усмехнулся и встал.

— Не прибедняйся, мой ученик. Для первого раза ты справился не так уж плохо. Твой план по форме был прекрасен, просто наивен. Я постараюсь сгладить углы перед императором. Пленный ауровидец должен улучшить его настроение.

Икари встал и положил ладонь на кулак.

— Благодарю вас, мастер. — мальчик немного поколебался, но всё же задал вопрос. — Что теперь?

— Пригласи сюда своих помощников.

Маленький нотриарх прошел к арке. Изучив коридор, он заметил пакельцев на расстоянии пары десятков локтей. Они сгрудились большой группой за углом и выжидательно смотрели на вход в залу. В их глазах плескался страх и настороженность. И их можно было понять: нотриархам ничего не стоит зачистить всех свидетелей и разместить в крепости обычных солдат.

На самом деле, они и должны были так поступить, но Авай не был совсем дураком: он знал слухи про назревающий конфликт между Маун и Бартигольской. В такой обстановке лишних мечей всегда не доберешься. Он был вполне уверен, что ему разрешат управлять крепостью на правах наместника ровно так же, как это делал Кассей, только сторона другая. Думай он иначе, ни за что бы не ввязался в эту авантюру. А там верная служба и, глядишь, его должность станет вполне официальной. Может даже бароном сделают?

И всё же плечи рыжего бандита были очевидно напряжены, когда мальчик направился к ним. Толпой против юного седьмого у них еще был какой-то шанс, но, как только на горизонте появился господин первый нотриарх, все их судьбы были безраздельно отданы в руки имперских агентов.

Подошедший мальчик дернул головой в сторону прохода в главную залу.

— Мой мастер хочет с вами поговорить.

Напряженные бандиты вернулись обратно. Каран Мортан сидел на обычном стуле у стены. Он весело махнул рукой, чтобы к нему подошли. Толпа подчинилась. Первый нотриарх передал бокал, что всё еще держал в руках, ауровидцу и поднялся, с улыбкой оглядывая головорезов:

— Господа! Мой ученик рассказал о вкладе, который вы внесли в возвращение крепости Натлы! Нечасто удается встретить столь смелых мужей, которые ради отечества добровольно бросятся в пекло сражения. Да еще одержат победу! Примите мою глубокую благодарность! Империя признательна вам!

Каран положил ладонь на грудь и кивнул. У Авая отлегло от сердца. Из-за приступа эйфории, он даже почувствовал, что его тело взлетает. Головорезы попадали на колени, увещевая имперского агента, что они недостойны его слов и что они делали всё лишь ради его величества. Слезы благодарности лились рекой.

Икари не смог сдержаться и фыркнул.

“Что за идиоты.”

Первый нотриарх же внешне остался неизменным. Он подошёл к Аваю и протянул ладонь для рукопожатия. Глава пакельцев почтительно пожал её двумя руками.

— Глава Авай, начиная с текущего момента, крепость принадлежит вам. Немногим позже к вам прибудет подкрепление с северной заставы, чтобы восполнить численность ваших людей. Служите верно его величеству.

— Слушаюсь, господин Каран!

Каран тепло улыбнулся одними губами, после чего повернулся к своему ученику и сделал движение головой, указывающее на выход. Икари кивнул и вместе с ауровидцем и они покинули замок, оставив после себя глубокое впечатление в умах пакельцев. Торк, разрываясь пополам от сомнений, всё же поплелся за своим новым хозяином. Чем примкнуть к пакельцам, лучше попытать счастья с нотриархами, рассудил он.

***

Покидая пределы Пронсо в карете, Икари обернулся на накрытый ночной пеленой город. В его голове перекатывались мысли, отдающие глухой меланхолией.

“Позади меня лишь кровь и кучи трупов. И не думаю, что их станет меньше. Я должен привыкнуть к этому...”

Икари отвернулся от окна.

Как только они покинули Натлу и подошли к карете, первый нотриарх повернулся к Торку и одним движением руки снял его голову с плеч, внимательно наблюдая за реакцией седьмого. Но. не уловив каких-либо эмоций или переживаний в мальчике, довольно улыбнулся и кивнул, после чего забрался в карету.

Бледный ауровидец последними остатками воли сдержал мочевой пузырь и в конце концов тоже неловко заполз внутрь.

Икари бросил взгляд на лежащую поодаль голову. На лице мужчины не было какого-либо выражения. Бывший командир так и не понял, что умер. Не самая злая судьба для кого-то вроде него.

“Это был долгий день…”: подумал мальчик и поднялся по ступенькам. В тот же момент карета тронулась с места.

Черная крепость. Тронный зал.

— Я принял твой доклад, так что можешь иди.

— Слушаюсь, ваше величество.

Мальчик встал с колена и покинул главный зал Скалистого замка. В тот момент его волновало только место, где можно упасть без памяти.

К тому времени ауровидцу уже выделили "сопровождающего" и поселили в замке. Началась его служба новому господину.

Обалан поменял позу и облокотился на другую руку, прежде чем поднять взор на первого нотриарха.

— Ты ему помогал?

Каран слегка поклонился, отвечая сюзерену:

— Нет, ваше величество. Он целиком и полностью справился сам. Его идея в целом была изощренной, хоть и ребяческой. Но ведь он и есть ребенок, так что я бы не стал преуменьшать его заслуги. Ему еще есть куда расти. Я определенно думаю, что он будет полезен империи и лично его величеству.

Обалан Эр Страуд прищурился. И всё же что-то сильно ему не нравилось в этом мальчишке. Не его гордыня, которая уже была наказана и задавлена, и даже не его нынешнее показное подчинение. Что-то было в самих глазах, что вызывало неприятное чувство у императора.

И всё же способности мальчишки были очевидны. Для империи война никогда не заканчивается. Поэтому император не стал бы в тот момент принимать поспешных решений. Он властно кивнул.

— Пока потренируй его еще. Позже я вызову тебя.

— Сделаю, ваше величество.

Каран Мортан покинул помещение, напоследок бросив взгляд на престол.

“Как-то сухо всё прошло. Нехорошо. Его величеству мальчишка, похоже, сильно не нравится. Что ж, это, конечно, всё усложняет, но не слишком..."

В тихой тёмной зале император Обалан Эр Страуд, прикрыв глаза, лениво размышлял что ему делать с этим ребёнком.

Спустя некоторое время глаза императора медленно распахнулись.

“Нет смысла ломать над этим голову. Просто брошу его в Яму.”