Первый мир · Глава 9

Крепость Натлы. Часть 1

Икари в очередной раз проснулся от стука в дверь. Это уже начинало утомлять. Он поднялся с кровати и коснулся груди. Рана всё еще болезненно ныла. Вчера вечером он пытался затянуть её с помощью рё, но такие серьезные повреждения быстро не залечить, просто не хватит тканей. Наследник Атер до сих пор не понимал, как его левая рука смогла восстановиться по сути из ничего. Ни о чем подобном он ни разу не слышал ни в долине, ни после неё.

Пропитанные кровью одежды нотриарха за ночь были отстираны и высушены. Сейчас они, тщательно сложенные, лежали на прикроватной тумбе.

Мальчик уже знал кто снаружи и то, что слуги входили без стука, а первый нотриарх вежливо предупреждал о своем визите – было нелепо. Но мальчик знал, что это всё просто игра для единственного зрителя – него.

С другой стороны, если могущественнейшие личности империи будут просто врываться в вашу комнату каждое утро, вы неизбежно почувствуете на себе давление. Что само по себе является конкретным сообщением. Но в обратную сторону это тоже справедливо. Ему "сообщали", что пока он ведет себя "правильно".

Икари, немного морщась от боли, оделся и вышел за дверь. Снаружи ожидаемо стоял Каран Мортан.

— Пошли, нас ждет аудиенция у императора.

— Понял. — коротко ответил мальчик.

Он вздохнул про себя и отправился в след за стариком, пытаясь не отставать.

Тронный зал казался предельно чистым – не было ни следа вчерашнего покушения да и вообще мероприятия, как такового.

Когда двое приблизился к монарху, Икари замешкался, так как не знал как теперь стоит приветствовать его величество. На всякий случай он снова припал на колено и поклонился с жестом бай-цюань-ли.

— Приветствую его величество Обалана Эр Страуда.

Ресницы императора дрогнули. Черноволосый мужчина на троне с усмешкой посмотрел на наследника Атер.

"И правда: укус змеи – десять лет страха перед веревками."

— Встань.

Мальчик поднялся.

— Что ж, поздравляю, седьмой, с новой должностью. В связи с этим хотел поручить тебе одну важную миссию.

Пауза в речи императора очевидно намекала на что-то, поэтому Икари снова положил ладонь на кулак.

— Жду приказаний.

— Не буду тянуть, предыдущий нотриарх, чье место ты занял, не выполнил одно поручение, и ты должен будешь исправить эту его оплошность. Я отправляю тебя на север в крепость Натлы. Её занял независимый разбойничий клан. И я говорю независимый, хотя, очевидно, что их поддерживает Дюма. Задание нелегкое, поэтому даю тебе неделю на его исполнение. — император вальяжно поменял сторону, на которую облокачивался. — Ах, да, ты ведь у нас парень способный, свои ошибки признал и исправил, поэтому я решил проявить милость. С этого момента Каран... — Обалан неторопливо указал на первого нотриарха. — станет твоим мастером. Он будет тебя обучать военному делу и мастерству боя. Я возлагаю на тебя большие надежды, так что не разочаруй меня, седьмой.

— Благодарю, ваше величество, я сделаю всё, что в моих силах.

Обалан степенно кивнул, отпуская нотриархов.

***

Дворцовое поле. Первый и седьмой нотриархи

Каран Мортан стоял перед Икари и внимательно изучал его. Также он размышлял над изменениями, что прошли в маленьком нотриархе с момента его "обучения этикету". Он стал значительно более холоден, равнодушен и закрыт. Эти хорошие изменения, но, чтобы понять его личность, нужно было вывести на эмоциональную реакцию, что стало довольно затруднительно.

Старик жёстко произнес:

— Не думай, мальчишка, что ты кого-либо обманул своей игрой вчера. — Икари вскинулся и даже попытался возразить, но Каран грубым жестом остановил его. — Не сотрясай воздух понапрасну. Я не знаю, для чего ты решил податься в нотриархи, но тебе всё еще многому предстоит научиться. И конкретно сейчас тебе нужно осознать, что для тебя хорошо, а что плохо. Что полезно, а что навредит. Итак, ответь на вопрос: зачем ты участвовал в турнире? И зачем тебе место нотриарха?

Наследник Атер молчал, находясь в противоречивых размышлениях. Этот старик спас его вчера, но доверять ему только по этому? В смысле ему? Тогда уж надо сразу начать ходить с петлёй на шее. То, что он отправил его на пытки, Икари мало волновало, но его характер успел стать чёрствым за короткое время, сейчас он просто был не способен кому-либо довериться.

И всё же здесь и сейчас перед ним был единственный мост к цели, которую мальчик должен был достигнуть любым способом.

— Я хочу отомстить.

— Кому?

— ..эти люди были одеты в серые рясы. Также на груди у них висели различные знаки солнца. Насколько я понял, они верят в Единобога.

Старик, прищурившись, пожевал губами, смотря немного в сторону.

— Половина континента верит в Единобога, парень. Носят знаки солнца, говоришь? Никогда о таких не слышал, но поискать информацию о них можно. — от этих неторопливых слов мальчик напрягся. — И почему же ты хочешь им отомстить?

— Они убили моих родных.

— Понятно. История стара, как мир. Что ж, не суть. Я могу тебе помочь отомстить, но мне кое-что нужно от тебя.

— Что, господин Каран?

— Верность, сила и долг. Я стану твоим мастером, а ты моим учеником. Ты знаешь кто такой мастер, мальчик?

— Это как учитель?

— Можно и так сказать. Ты даже можешь называть меня так, но учитель – это любой, кто обучает тебя чему-либо. Даже дворцовая кухарка может стать тебе учителем, если вдруг надумаешь стать поваром. Мастер же – это нечто иное. Мастер – это твоя семья. Он – твой патриарх, отец и старший брат. Мастер – это человек, с кем ты разделяешь свой жизненный путь. Я готов взять тебя в ученики, но мне нужна настоящая преданность. Не напускная. Если ты покажешь мне тот же спектакль, что и вчера, я просто уйду. Ищи себе другого покровителя. Однако, если ты готов сделать настоящий шаг... — Каран Мортан неторопливо отступил и развел руками. — Я стою прямо перед тобой.

Секунды медленно сменяли друг друга. Этот человек убил Мару. Но её уже не вернуть. И, если уж говорить на чистоту, эмоции мальчика к ней в тот момент остывали с той же скоростью, что и её тело. Всего лишь еще одна смерть в этом жестоком мире. Разве их было мало до этого?

Сейчас же старик предлагает конкретную помощь в осуществлении его цели. Икари не мог отказаться от этого. В его облике проступил он настоящий: холодная тень выползла наружу и сейчас с механической расчетливостью рассуждало о том, что он должен сделать и кем должен стать для достижения цели.

Спустя пару мгновений Икари встал на одно колено:

— Приветствую своего мастера!

Каран, отметивший изменения в лице мальчика, довольно улыбнулся, отчего его лицо растрескалось, как упавший фарфор.

"Отлично, отлично. И правда то, что нужно."

— Я, Каран Мортан, первый воин империи и правая рука императора, принимаю тебя, Икари Атер, своим учеником. С этого момента мы с тобой неразрывно связаны цепью судьбы. Помни об этом и цени это.

— Благодарю... мастер.

Первый нотриарх махнул кому-то на стене. И, пока слуги приближались, негромко начал:

— Не смотри на слова его величества, он дал тебе по-настоящему невыполнимое задание. Особенно, в твоем текущем ничтожном состоянии. Без оружия, без опыта и без способностей, одному захватить крепость Натлы попросту невозможно.

— Зачем же тогда его величество мне это поручил?

— Чтобы ты провинился перед ним, очевидно, или просто подох и самоотсеялся, если уж совсем бестолков. Жена его величества – Корнелия Эр Страуд – в девичестве носила имя Корнелия Экье Дюма и была первой принцессой нашего северного соседа. Не трудно догадаться, что для его императорского величества, всё это несерьезно. Он обещал Натлу за её руку, а потом забрал её обратно, как приданное. Типичные политические игрища. Однако для тебя ставки чрезвычайно высоки. И, хоть я буду сопровождать тебя на пути к крепости, помочь не смогу, сам понимаешь. Но и отпускать тебя совсем на убой я не собираюсь. Мы подготовимся. Начиная с этого момента, я буду тренировать тебя две недели. И для начала...

По взмаху руки к ним подошел слуга, держащий в руках деревянный короб тёмно-орехового цвета. Каран откинул крышку, внутри лежал небольшой в длину чёрный меч. Казалось, он поглощал солнечный свет своей матовостью.

— Имя этого меча – Долгая ночь. Мой тебе подарок. Теперь он твой. Тёмно-красная рукоятка из кожи вечноголодного северного вепря и закаленная чёрная сталь. Не смотря на свои размеры, он очень тяжелый. Насколько я знаю, это особо-прочный сплав из метеоритного железа и пирита. Что означает, что защититься от этого лезвия с помощью рё весьма проблематично. Впрочем твоё рё он проводить также не будет, помни об этом. — старик помолчал немного и добавил. — Второй же меч придется добыть себе самостоятельно, когда повзрослеешь.

Икари медленно взял меч двумя руками и вытащил его. Он действительно оказался весьма тяжелым.

Чёрное лезвие коротко блеснуло, охватив Икари непонятным приступом веселья. Он завороженно, хоть и с трудом, помахал мечом, представляя, как это прекрасное лезвие входит в плоть врага и выходит с другой стороны. Детская игра "блин, куда я опять подевал свой меч?"...

Икари осенило:

"Так вот из чего были сделаны те чёртовы наручи в замковой тюрьме. А еще, похоже, из этого же сплава был сделан меч Лимана Шариона: он с лёгкостью обходил мою защиту..."

Каран Мортан вздохнул, отвлекая мальчика от его мыслей.

— Не позорь меня своим отсутствием техники. Не махай попусту. Помни, меч – самое одухотворенное оружие из всех существующих. Он – твой боевой товарищ. Уважай и цени его. Также знай, что только если овладеешь им в совершенстве, тебя можно будет назвать великим мастером, хотя, конечно, это не единственное условие.

— Великим мастером?

Старик кивнул.

— Если не рассматривать специальные военные ранги, в обиходе среди пользователей рё есть всего три ранга: ученик, воин и мастер. Но, так как между каждым рангом целая пропасть, они дополнительно разделяются на ступени. Ученик и старший ученик. Воин, высокий воин и великий воин. Мастер, высокий мастер и великий мастер. Пока ты лишь высокий воин, тебя лишь с большой натяжкой можно назвать великим. Впрочем для ребенка и это невероятно. Я, к примеру, великий мастер. Был им двадцать лет назад, остаюсь и сейчас, хотя рё с годами вытекает, как вода из треснувшего кувшина. Зато руки помнят всё, и голова тоже. Запомни: запас – дело наживное, а контроль у тебя никто не отнимет. Что касается турнира: из всех претендентов только Лимана можно было назвать мастером, и всё же ты смог его одолеть за счет своей удачи и тем трюком, который использовал. Это был довольно хитрый ход – предельно напитать левую руку рё. Мало кто знает об этом способе противостоять пиритовому сплаву. Да еще быть в состоянии его повторить в бою. Сам придумал или Келем подсказал?

Глаза Карана хитро блеснули, когда он задал внезапный вопрос в центре своего монолога. У Икари не оставалось иного варианта, кроме как соврать:

— Сам. Решил, что если простая напитка рё не работает, надо влить побольше.

Мальчик не помнил, что тогда произошло, поэтому говорил только то, что всем итак было "известно". Каран хмыкнул.

— Да, простое решение зачастую самое верное. Ну да чёрт с ним, хватит болтовни. Начнем с основных стоек. Смотри внимательно, покажу лишь раз...

***

Шёл восьмой день тренировок. Мечи звенели, и выпад за выпадом летели в уязвимые точки противников, но дальше лёгких порезов дело не заходило. Те в свою очередь быстро заживали, стоило только влить рё в ключ второго порядка в области раны.

Каран показал Икари основные приемы школы бесконечного меча, которые практиковал сам. Старик ворчал, что школу стоило бы назвать по-простому: учением летального меча. Но всего два человека владели этим стилем, и тот, кто выдумал это название, уже давно лежал в могиле.

На вопрос Икари "почему бы не переименовать школу?", если он – единственный наследник, старик отмахнулся традициями. На что мальчик лишь пожал плечами. Для него и второе название было чересчур вычурным: меч и без техники вполне себе летальное оружие.

После очередного обмена ударов старик убрал меч в ножны и откинул седые пряди волос, упавшие на лицо.

— Кто тебе ставил ноги? — внезапно спросил он.

— В каком смысле?

— В прямом. Так стояли в имперской пехоте. Лет двадцать назад. Сейчас так учат разве что старые капитаны, которым лень переучиваться.

— Никто. Сам научился. — не моргнув, соврал Икари.

— Сам, значит. — старик хмыкнул. — Ну-ну.

Больше он к этому не возвращался, но мальчик еще долго чувствовал на себе его изучающий взгляд.

— Ты способный парень. Но одними способностями сыт не будешь – талантливые первые складывают головы на поле боя, из-за самоуверенности. Лезут напролом без малейшей осторожности или плана. Держи это в голове. А так ты, скорее всего, станешь полноценным мастером меньше чем через полгода.

— Учитель... — иногда Икари всё еще называл старика учителем. Старые привычки трудно забыть. Каран же игнорировал это, как незначительные вещи. — Я бы хотел задать вопрос: почему-то в последние дни у меня получается намного быстрее перемещать рё по телу. Это как-то связано с нашими тренировками?

Первый нотриарх усмехнулся с оттенком жёсткости.

— В какой-то мере. Мы, конечно, ежедневно занимаемся с тобой очищением каналов, но также толчком к твоему прогрессу послужили иглы с трупным ядом.

Икари сначала не понял сказанного, но через мгновение удивленно посмотрел на старика.

— Те иглы оказывали подобный эффект?

— Кхак, а ты думал это только извращенная пытка? Мало ты понимаешь, парень. Трупный яд очищает каналы, хоть и попутно разрушает их, но те заживают заново, становясь плотнее. Поверь, если бы вместо трупного яда использовалась какая-нибудь настойка на лиловом аконите, твои мучения были бы просто невообразимыми. И это я ещё не говорю о некоторых насекомых. Но тут уже были бы нешуточные риски, что ты сойдешь с ума или останешься калекой. Его величество не разбрасывается инструментами настолько легкомысленно.

Мальчик повел плечом, пытаясь сбросить неприятное чувство в центре груди.

"Есть что-то хуже этого? Эти чёртовы иглы итак были словно огромные ножи посыпанные солью. Эта боль не была пределом?!"

Нотриархи сошли с тренировочного поля, чтобы в уже привычной манере сесть за стол возле фонтана, который представлял из себя набор из животных, от рыб и земноводных до огромных волков. Из каменных пастей вырывались десятки струек воды.

Это было время для ежедневной теории. Икари был особенно сосредоточен на этих уроках, потому что прекрасно понимал, что ему необходимо как можно больше узнать об этом мире, чтобы строить правильные суждения. Ноам Атер вдолбила в него этот принцип, кажется, еще когда он лежал в утробе.

— Итак, ученик, ты уже можешь сделать подряд четыре стойки и увидеть шесть картин на одном дыхании. Ты видишь окно для атаки и стараешься делать минимум движений во время удара, — это хорошо. Дальше уже можно изучать конкретные приемы и техники. Это будет первым шагом к настоящему мастерству. — старик откинулся на спинку стула. — Но скажи-ка мне: что, по-твоему, самое важное в обращении с мечом?

Икари задумался. Каран давал ему почитать несколько избранных книг по боевым искусствам общего содержания. Мальчику пришлось прочесть их несколько раз, потому что письменность в них довольно сильно отличалась от таковой в долине, и даже с учетом этого некоторые вещи так и остались непонятыми.

В голове всплыл сонм тезисов, но Икари попытался выбрать самый важный из них:

— Видеть ситуацию целиком? Сражение на мечах, как шахматы: уязвимые точки на теле человека очевидны для всех, поэтому это игра на то, кто в конечно итоге ошибется первым. Куда ты ударишь, сколько потратишь рё, какое положение тела будет после удара, как ответит противник, сколько потратит энергии он, как и куда будет контратаковать. Любой удар, любая ошибка или неверное движение может стоить жизни. Поэтому важно точно понимать: на что в схватке способен ты, на что твой противник, и на что вы оба.

— Хорошо. Неплохой ответ. Но в нём лишь половина ключей. То, что ты сейчас пытаешься осознать головой, потом будешь делать на автомате. Твое подсознание будет мгновенно обрабатывать ситуацию и находить решение. Это придет с опытом. Что действительно важно в бою на мечах – это холодная голова и решимость убить врага любой ценой. Разумеется, мало-мальская техника тоже не помешает. Помни, если меч – это путь, то мечник – это путник, что идёт по дороге, выложенной трупами. В своей решимости будь свирепым, а в своей жалости – слепым. Под небом нет ни единой проблемы, что нельзя было бы решить насилием. Пища сильного – тело слабого. Так было тысячу лет назад, и тысячу лет до этого было точно так же.

Мальчик медленно кивнул. Такое мировосприятие легко ложилось на его израненное сознание. В тишине два нотриарха сидели, попивая принесенный чай. Внешне эту картину даже можно было назвать умиротворяющей, словно дедушка и его дорогой внучок просто отдыхают в саду у фонтана в тени деревьев. Главное не думать над личностями этой "семейки".

— И да, также держи в голове, что смелость и осторожность – это две стороны одной монеты. Излишняя смелость – глупость, излишняя осторожность – трусость. У всего должна быть своя мера, и степень её вычисляется холодным расчетом. Не торопись атаковать первым, а дай ошибиться противнику. Всегда ищи путь к победе. — замолчав, старик хлопнул себя по коленям и поднялся. — Ладно, хватит на этом. Перерыв окончен. Пойдем, еще раз покажешь мне пятую стойку разящего удара. У тебя с ней очевидные проблемы из-за... эмм... в общем твоего роста...

***

Северные территории империи Маун. Близ города Пронсо.

Мастер и его ученик сидели в повозке, что мерно двигалась на северо-восток. Снаружи повозка намеренно выглядело непримечательной и даже бедной, что было простой мерой предосторожности.

Редкий лес тянулся по бокам, а на горизонте виднелись голубоватые горы. Северный перевал очерчивал границу между империей Маун и королевством Дюма. Место, куда направлялись нотриархи, было ущельем, где залёг разбойничий клан, захвативший Натлу.

— ..крепость представляет из себя внешний, внутренний двор и, соответственно, замок. План проникновения тебе придется выдумать самому, советую просто действовать по обстоятельствам. Присмотрись к замку, в особенности к дальней башне. — Каран неторопливо заканчивал инструктаж, и уже тише добавил. — Как ты уже понял: наш дорогой кучер – человек императора, поэтому ничем больше я помочь тебе не могу. Думай сам, как быть.

Обычные бандиты не доставят тебе проблем, но в крепости присутствует пара мастеров из Дюма, может больше. Но едва ли король Эстан послал много, всё же каждый пользователь такого уровня на особом счету в любом государстве. И всё же, будь предельно осторожен.

В первую очередь тебе надо, не поднимая шума, отыскать практиков и устранить их. Они, скорее всего, расположились где-то во внутренних покоях замка.

Главная твоя проблема в том, что, судя по всему, король Эстан послал ауровидца, чтобы тот предотвращал такие вот незаметные вторжения. Такие люди очень чувствительны к ауре рё: стоит ему почувствовать исчезновении или наоборот присутствие посторонней ауры, он тут же забьет тревогу. И тогда тебе придется сражаться со всем гарнизоном сразу, позади которого будут ждать мастера. В этот момент считай твоя песенка спета. Именно это и произошло с твоим предшественником.

В общем, как я и сказал, задача практически невыполнимая, поэтому будь предельно аккуратен и не рискуй жизнью понапрасну.

Мальчик задумчиво тер висок.

— Имеет ли смысл пытаться втереться в доверие? Притвориться сиротой или бездомным и попроситься в слуги?

— Не глупи. Что обычному мальчишке там делать? Даже если притворишься потерявшимся, эти люди никому не поверят. Хорошая, к слову, привычка. Советую брать пример. Также я уверен, что они в курсе последних новостей о турнире, в котором победил. И тут, ну кто бы мог подумать, пацан такого же возраста оказывается у них на пороге. Скорее всего, император не пошлет исправлять нового нотриарха ошибки прежнего, верно ведь? — яд так и сочился из уст старика, что заставило Икари почувствовать себя идиотом. Впрочем ему это было не впервой, поэтому они оба не стали заостряться на этом.

— Я сказал, не подумав.

— Оно и видно. Ладно, неважно. Помни у тебя всего одна неделя на всё. Иначе провал.

— Я помню.

Повозка остановилась. Старик выглянул в окно и раздраженно вздохнул, затем громко обратился к кучеру:

— Что там еще?

— Нас пытаются окружить головорезы, господин. Возможно, люди из Натлы.

На лице Карана промелькнуло лёгкое удивление, но быстро сменилось весёлой насмешливой улыбкой.

— Быстро переодевайся! — старик бросил мальчику мешок, лежавший под сиденьем. — Эти ублюдки совсем обнаглели: грабят уже в половине дня пути от крепости. Однако ты можешь воспользоваться этим. Тебе лишь надо правильно разыграть карты. Дальше по дороге – последний город в границе империи, называется Пронсо. Скажешь, что отправлялся в качестве слуги для своей новой госпожи – дочери мэра... как же его там звали... Рондо? Да, точно, Рондо.

Икари пытался соединить в голове правдоподобную историю.

— Я тебя выброшу. Долгую ночь придется оставить: это оружие выглядит слишком дорого для того, кем ты должен притворяться. Возьми лучше этот. — Каран протянул обычного вида небольшой меч в боровых ножнах. — Мы бросимся обратно по дороге, как будто убегая. Твоя задача – задержать бандитов. Всё понял?

— Но...

Мальчик пытался выцепить из старика больше информации для правдоподобной игры. Хотя бы имя дочери мэра, но старик был непреклонен:

— Нет времени на разговоры, они уже рядом! Это твой лучший шанс! Помни, если нет возможностей – создай их!

Первый нотриарх буквально взял мальчишку за шкирку и выкинул из повозки. Несколько криков с разных сторон, и повозка, резко развернувшись, "бросилась наутёк". Икари в замешательстве стоял посреди дороги, наблюдая как к нему приближается с десяток мужчин верхом.

"Да что б этого старого ублюдка перекрючило..."

Мальчик вынул меч из ножен и призвал на помощь всё своё актерское мастерство.

— Вы... Вы не пройдете! Я защищу... ээ... я направляюсь к госпоже Рондо! Эм. Не стойте у меня на пути!

Маленький нотриарх усиленно изображал напуганную храбрость, отчаянно путаясь в легенде, но это было неважно, так как его полностью игнорировали. Грозного вида мужик на гнедой кобыле обнажил меч и крикнул:

— За повозкой!

Первые всадники бросились вперед, мимо мальчика.

— Нет!

Икари быстро поднял два камня один за другим и запустил в ближайших бандитов, те свалились с седел. Следующим двум кобылам мальчик подрезал ноги.

— Какого чёрта?!

— Ах ты, щенок!

Пятый всадник попытался рубануть саблей по мальчику, но было сложно попасть верхом по невысокой шустрой цели.

— Да чё вы творите, олухи?! — заорал предполагаемый командир и спешился. — Обходите это мелкое чучело и вперед! А ты, паршивец, стой на месте смирно и жди своей смерти.

Икари бросил еще пару камней. От возникшей сумятицы всадники замешкались, что дало-таки время повозке скрыться за поворотом. Командир, матерясь, бежал к мальчику.

"Так, первая часть плана увенчалась успехом. Вот только... Едва ли после этого они собираются взять меня в плен. На что, чёрт возьми, рассчитывал мастер? А... твою мать. Это чёртов розыгрыш."

Весь запал Икари пропал. Он резко вышел из роли, протяжно выдохнул и с холодным интересом стал наблюдал за действиями бандитов. Так кот с неподдельным интересом наблюдает за рыбами в аквариуме. Холодность усиливалась, а мотивация придумать какую-нибудь уловку быстро испарялась.

"Ладно. Отлично. Весь этот месяц. Весь чёртов месяц я был кем-то, кроме себя. Что ж. Теперь, когда я один, в этом нет совершенно никакой нужды."

Командир отряда с удивлением смотрел, как пацан внезапно преобразился на глазах. Вот он в страхе кричал, что спасет или направляется (?) к своей госпоже. Как будто он маленький герой, что решил не смотря ни на что отдать свою жизнь за миледи. И вдруг от несет таким льдом с жаждой крови, что семи убийцам в кошмарах не снилось.

Икари оскалился всеми зубами. Вся его накопленная за долгое время ненависть готова была сорвать ему голову. Он высоко прыгнул. Озадаченным бандитам ничего не оставалось, кроме как следить за траекторией его движения. Резким взмахом Икари отсёк ближайшему всаднику голову, оттолкнулся двумя ногами от лошади и снова прыгнул. В конце его прыжка находился круп другой лошади.

Мальчик закрыл глаза.

"До этого получалось лишь раз..."

"Чтобы рассечь бревно мало просто взмахнуть мечом...": слова старого нотриарха карканьем звучали в ушах: "Поймай момент, когда мышцы в идеальной готовности. Выдохни. Направь всё рё одновременно с началом движения. Твой удар должен быть резким, жёстким и тяжелым, а угол падения лезвия максимально прямым. Если сделаешь всё правильно, то сможешь и коня пополам рассечь..."

Меч прошёл сквозь круп, и две половинки лошади вместе со всадником, лишившимся своих коленей от бедра, упали на землю. Мужчина заорал не сразу. Мальчик взмахнул мечом по горлу упавшего и залился не слишком невинным, но определенно детским смехом.

Подобная картина заставила присутствующих мужчин содрогнуться. Их желудки скрутило, а спины вспотели. Один из бандитов ударил себя кованной рукавицей по лбу, потому что уверился, что всё приведенное – просто какой-то странный кошмар. Для всех присутствующих ничто в произошедшем не обладало и толикой здравого смысла.

Икари тем временем отсмеялся и прыгнул к другому всаднику, отсекая передние ноги лошади под ним. Верхом оставались лишь двое, но лишь до того момента, как были сбиты очередными брошенными камнями.

Командир тем временем смотрел на нелепую картину перед собой и отчаянно пытался разобраться в том, что увидел, чтобы предпринять хоть что-то конструктивное. Ребенок или не-ребенок, было понятно, что перед ними опытный пользователь рё. А значит сколько-нибудь достойным соперником ему был только он один. Вот только лезть на это непонятное чудовище командиру не хотелось от слова вообще. Поэтому он просто стоял и усиленно думал, как сделать так, чтобы сделать хоть что-то, но при этом остаться в живых.

Пока командир, которого, к слову, звали Торк, рассуждал что да как, его люди были перебиты. Это произошло настолько быстро, что весь ужас ситуации даже не сразу дошел до главы отряда. Когда это наконец произошло, он резко развернулся и побежал, что есть сил. А за ним, весело смеясь, бежал мальчик, практически наступая на пятки.

— Куда вы, дяденька, а как же ограбление? У меня с собой нет денег, но может я смогу расплатиться чем-нибудь другим? — мальчик заливисто смеялся в то время, как Торк обливался холодным потом, чувствуя на плечах касание смерти. — Я могу работать, хахаха, я хорошо подметаю и мою посуду... наверное... Дяденька, возьмите меня в крепость Натлы! Я вам точно пригожусь!

Бандит, чья душа немного отставала от тела, бежал, что есть мочи, но мелкое чудовище, звонко хохоча во всё горло, ни на шаг не отставало.

— Убирайся, монстр! Не трогай меня! Отстань! Уйди!

— О чем вы, дяденька? Может, вы всё-таки дадите мне шанс? Что на счет... как там... Келем еще говорил... эмм... трудоустройство для собеседования?

— Идиии к чёртууу! — вопил мужчина.

— Эх... какой вы скучный.

Настроение Икари неконтролируемо прыгало от безумного веселья до холодной и мрачной жестокости. Он одним рывком догнал убегавшего и нанес мощный удар в голень.

От сильного импульса бегущий бандит сделал "бочку" и, покувыркавшись еще немного по земле, замер. Придя в себя, он сел одним резким движением и начал дико озираться. Его макушка болела, но он не обратил на это никакого внимания.

Мужчина затараторил:

— Извините, господин! Бес попутал! Я не хотел вас провоцировать! Мы – простые солдаты, патрулирующие эту область, а ваша повозка показалась нам... э-э... подозрительной... я не знал кто вы, правда! Прошу, пощадите меня! Я ни при чем!

Однако его поспешные излияния прервал оглушительный гогот. Мальчик упал на землю и стал кататься на ней в безудержном приступе хохота, показывая на голову бандита. Тот в недоумении потрогал свою макушку, которая оказалась лысой и в крови. Вероятно он стер часть скальпа об камни. Торк также истерично засмеялся.

— Вот... поделом мне... вы итак наказали меня, господин. Прошу, не убивайте, я простой солдат!

Смех резко остановился. Икари встал и ледяным взором окинул бандита. И того внезапно осенило:

"Он – псих! Сумасшедший!.. Спаси меня, Единобог...": мышцы таза мужчины непроизвольно сжались, а колени начали подрагивать в неприятном предчувствии: "Нормальные люди так резко не меняются в поведении! Я напоролся на сумасшедшего практика в детском обличье! Вот это я попал! Мне кранты!"

— Мне нет дело до твоей лжи, отродье. — ровным безэмоциональным голосом ответил мальчик. — Слушай сюда, мне нужно попасть в крепость Натлы, и ты мне в этом поможешь. Цена этой услуги – твоя жизнь. Всё просто и понятно, верно?

Торк провёл быстрый мозговой штурм, на который ему хватало способностей. Он залебезил:

— Да-да, конечно, господин! Я прямо сейчас отведу вас в крепость!

Мальчик сузил глаза, а затем заехал мужчине по лицу кулаком. Бандит отлетел назад, неприятно ударившись кровавым затылком о камни. Он зашипел от боли, пока в глазах стояли искры. Торк матерился про себя: "ёб твою мать! вот злоебучий сопляк! как будто телегой прилетело!"

Тем временем Икари схватил маленькой рукой мужчину за воротник.

— Ты меня за идиота держишь, отродье? Разумеется, обычным способом мы в неё не попадем. Сейчас мы поедем в Пронсо. Ты расскажешь мне всё об устройстве крепости. Расскажешь о людях из Дюма, вообще все, что знаешь. И поверь... — Икари приблизил своё лицо к собеседнику. Его холодные обсидиановые глаза пристально смотрели прямо, но почему-то сквозь. — Знай: ложь я сразу распознаю. И тогда... — мальчик распрямился и флегматично развел руками. — Ну, ты и сам знаешь что тебя ждет.

Не считая навыков в управлении рё, наверное, это был самый полезный навык, который наследник Атер получил в Долине. Его мать учила распознавать ложь, и в этом деле она была признанным экспертом среди кланов. Некоторые старейшины даже отказывались разговаривать с ней на сколько-нибудь личные темы.

"..влей рё в глаза и уши и следи за человеком, Икари. Слух и зрение королей, и в особенности Атер, очень острые. Движение глаз, рук, ног, положение корпуса. Всё может дать подсказку. Слушай сердцебиение. Смотри на виски. Следи за потоотделением. Прострой карту поведения человека в голове, влезь в его шкуру, начни думать, как он. Однако в первую очередь... загляни внутрь себя и прислушайся. Интуиция – страшное оружие в умелых руках..."

Мальчик хищно улыбнулся, что смотрелось пугающе неправильно на детском лице, затем протянул руку и доброжелательно положил её на плечо бандита.

— Ну что, дяденька? Вы согласны?

Мужчина поколебался немного, но всё же быстро сдался.

— Да, господин. Сделаю всё что скажете. — командиру отряда ничего не оставалось, кроме как проследовать за пацаном в ожидании возможности сбежать.

Икари кивнул, повернулся и неторопливым шагом пошёл обратно к побоищу, автором которого являлся. Торк плелся за ним, перебирая в голове различные варианты, как спасти свою шкуру. Ему казалось, что прошло уже четверть дня, хотя на самом деле с начала боя не прошло и получаса.

— Как тебя зовут?

— Торк, господин... — Мужчина запнулся. — А вас?

Очевидно, что говорить свое настоящие имя было бы глупостью. Но обходиться без имени было неудобно. Поэтому Икари перебирал в голове имена всех знакомых друзей из долины. В какой-то момент ему в голову пришёл тот заумный парень, что всегда занимал первые места на общеклановых турнирах поэзии и живописи. Жутко раздражал Икари, но и чем-то нравился тоже.

— Зови меня Джоном.

— Хорошо, господин Джон. Мне рассказывать вам про крепость? Я многое знаю! — бывший командир отряда решил заранее подмаслиться к этому малолетнему монстру в попытках увеличить свои шансы на выживание.

— Нет, сперва мы доедем до ближайшей гостиницы. Я буду внимательно следить за тобой, чтобы распознать ложь. И не силься придумать её заранее – не поможет.

— Даже в мыслях не было, господин!

— Как скажешь.

Наконец они вернулись к трупам. Большинство лошадей уже разбежалось, но одна самая смелая всё еще паслась неподалеку. Мальчик вальяжно махнул рукой в её сторону. В душе Торка шевельнулся оптимизм.

"Шанс оставить мелкого в дураках представился так быстро! Вот она – моя удача!"

Он двинулся к животному, сначала медленно, а затем всё быстрее и быстрее. Наконец, он уже бежал к лошади. Добравшись до неё, Торк схватил поводья и резко обернулся, но сзади никого не было.

"Какого х..."

В панике мужчина запрыгнул в седло и хотел уже было послать её в галоп, как сбоку раздался насмешливый голос.

— Разве я сказал, что ты можешь сесть на нее, отродье?

Мужчина вздрогнул и медленно обернулся, мальчик стоял рядом с лошадью и насмешливо улыбался.

— Слезай, пока я не лишил тебя твоих быстрых ног.

В такой близи опытному пользователю рё не составило бы труда разрубить лошадь вместе с наездником, что мальчик уже демонстрировал.

На короткие расстояния практикующие могли развить пиковую скорость превосходящую таковую у лошади в два, а то и в три или даже четыре раза. Торк тяжело сглотнул и медленно, обливаясь потом, начал слезать.

— Господин... Я просто побыстрее доставить её вам.

Удар в солнечное сплетение выбил весь воздух из его лёгких. Торк упал и начал шумно пытаться вдохнуть, отхаркивая слюну и частично желудочный сок. Боль раздирающим колючим покрывалом легла на всё тело от корней волос до кончиков пальцев ног.

Икари ударил лежачего еще пару раз для острастки.

— Кого по-твоему этим можно обмануть? Лошадь? И вообще, ты сегодня чистил уши? Нет, постой, ты вообще их чистишь? Я сказал тебе, что легко могу узнать, когда мне лгут. — хотя в данном случае всё было предельно очевидно, Икари спохватился лишний подкрутить мнение о своих способностях.

— Пощадите, господин! Я – дурак... идиот! сам не ведаю, что творю. Простите грешного!

Мальчик раздраженно хмыкнул.

— Сдается мне всё ты прекрасно понимал, ублюдок. Но на первый раз, так уж и быть, я тебя не трону. Однако в следующий раз ты лишишься руки. Затем ноги. А после я отберу твою жалкую жизнь. Так что... кхм... у тебя еще три попытки. Есть где развернуться, верно? — мальчик коротко зло рассмеялся.

Икари неловко седлал коня, потому что никогда этим не занимался. Он заметил, что Торк отвернулся в страху случайно улыбнуться, не смотря на ситуацию. Мальчик потянул за поводья в сторону и с ноги вмазал мужчине по лицу.

— Топай давай!

Спустя несколько часов тягостного молчания Торк всё же не выдержал и начал ныть.

— Господин Джон, у меня ноги отваливаются. Может мы вдвоем поедем на лошади? Иначе мы доберемся до Пронсо только ночью.

— Закрой рот. — коротко ответил Икари.

Торк понурил голову, про себя кроя этого мелкого ублюдка, упавшего ему на голову, отборным трёхэтажным матом. Не осознавая этого, он сжал кулаки, отчего еще раз получил по лицу.

— Я, кажется, велел тебе закрыть рот.

— Но я же молчал!

— Я всё слышал!

"Гребаный выблядок! Он что, мысли читает?!": ужаснулся бывший командир отряда.

Спустя еще несколько часов они наконец достигли пункта назначения. Это был небольшой компактный городок, по которому всё еще сновали туда-сюда люди и скрипели повозки.

Подъехав к таверне, мальчик бросил:

— Иди сними комнату на неделю и купи запас еды. Я пока привяжу лошадь.

— Но, господин! У меня нет денег!

Мальчик зло обернулся. Ему вспомнилась ругань Келема. Подобные вещи откладываются в памяти лучше других.

— Значит жопой своей с трактирщиком расплатишься! Мне плевать с высокой колокольни, как ты это сделаешь! Пшел давай!

Мужчина быстро отошёл, опасаясь отхватить очередных пинков, когда Икари спешивался. В расстроенных чувствах Торк пошёл ко входу в трактир. Конкретно, это заведение он не посещал, а значит договориться будет трудновато.

Не смотря на ужасное настроение, он принял воинственный вид, прочистил горло и вошёл в трактир.

"Спокуха. Ща я им..."

Входя, бандит состроил свирепую гримасу. Его рука покоилась на эфесе меча. Забыл он только о своей лысине...